«Я являюсь бабушкой и опекуном мальчика, чей отец находится в заключении, а мать состоит на учете в психиатрической больнице, очень сильно пьет, нигде не работает. Он живет со мной со дня рождения. У него есть сестренка (2 года), живет с матерью, навещаем их один-два раза в месяц. Но после того, как в ее доме произошло убийство, боюсь ходить туда. Тимур же хочет общаться с родительницей, однако я настоятельно его убеждаю, что это будет возможным, когда он чуть вырастет, будет лечить ее и ухаживать за сестренкой. Имею ли право определить ребенка в детский дом, навещать его постоянно, так как мне 71 год, и здоровье уже неважное».
Людмила У., г. Ташкент.
На вопрос читателя газеты "Даракчи-плюс" отвечает адвокат Журат РАХМОНБЕКОВ:
Согласно законодательству, районные, городские отделы методического обеспечения и организации деятельности учреждений народного образования в пределах своих полномочий выявляют и ведут учет детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей. Статья 24 Закона Республики Узбекистан «О гарантиях прав ребенка» гласит, что помещение ребенка в специализированные учреждения является крайней мерой, в случае невозможности определения его в семью. Этот вопрос решает отдел методического обеспечения и организации деятельности учреждений народного образования района.
